ymblanter (ymblanter) wrote,
ymblanter
ymblanter

Categories:

Локса и полуостров Пяриспеа

2 августа 2018

Последняя часть рассказа, связанная с национальным парком Лахемаа, имеет отношение к некоторым фактам моей биографии. Когда я был маленьким, у нас не было дачи (и потом, к счастью, тоже), и мы каждое лето снимали дом в Эстонии. Дядя моей мамы жил в Локсе (которая, по-видимому, по-русски не должна склоняться, но выяснить это теперь уже совершенно невозможно), и несколько лет мы с мамой жили у него, а потом родилась сестра, там останавливаться стало невозможно, и дядя нашёл старую уже женщину, которая была готова сдать нам дом. Первый раз мы туда приехали, наверное, в 1972 году, когда мне было четыре с половиной года, последний в 1977. Отец там почти не появлялся, а мама, наоборот, приезжала с нами и бабушкой, пока та была жива, на три месяца. Дом этот находился в деревне Хара. Тогда это была глубокая погранзона, нужно было получать разрешение, а на море (от дома до него было метров триста) мы ходили через два ряда колючей проволоки и контрольно-следовую полосу. Сейчас там, естественно, никакой пограничной зоны нет, а вся территория включена в национальный парк.

xsuurpea2st

Побережье моря в Суурпеа.




Тем самым я там провёл в сумме около полутора лет и, наряду с нашей квартирой в Москве, это был центр моего мира. На участке я знал буквально всё, буквально каждое дерево (ну, и каждую. постройку, благо их было немного). За пределами участка я знал уже не всё. Мы ходили в лес по определённым тропам — в сторону озера в Лохья или к ЛЭП и дальше, к морю, по шоссе на остановку автобуса. На этом границы моего мира заканчивались. Несколько раз я был в Локсе, каждый раз мы приезжади на автобусе (и, кажется, пару раз даже на такси) из Таллина, я видел что-то по дороге. Автобусные остановки назывались Лохья, Кюлаотса (там автобус почти никогда не останавливался), Локса с заездом на автостанцию, заезд в Колгу (там была какая-то усадьба), а дальше я помню только Таллин и станции поезда — и через Ленинград, и через Псков. Только эти станции и соединяли два моих мира, а больше у меня очень долго ничего и не было.

Каждый год, уезжая, мы большую часть игрушек оставляли там на чердаке, чтобы на следующий раз можно было ими играть. Так мы поступили и в 1977 году, и больше их уже не увидели. Наша хозяйка умерла, кажется, в 1979 году, детей у неё не было, и дом по завещанию она оставила человеку по имени Рейн, которого я пару раз видел — он должен быть из поколения моих родителей, то есть, если он жив, ему должно быть сейчас около восьмидесяти. До конца советской власти там оставалась погранзона, потом мне было не до поездок в Эстонию, потом ввели визы, а потом появились Гугл-панорамы — на которых можно было увидеть, что от моего второго мира почти ничего не осталось. Дом снесли и построили новый, а знакомых мне деревьев я на панорамах не находил — то ли они высохли и их срубили, то ли просто срубили, то ли на панорамы не попали. Четвёртый вариант — что я на самом деле забыл, как они выглядят, — я всерьёз не рассматривал. Так что никаких иллюзий по поводу того, что я могу там найти, у меня не было. На участке мне делать было нечего — даже если Рейн жив и живёт там, разговаривать мне с ним было бы решительно не о чем, да и вряд ли он ещё помнит русский. А, скорее всего, участок уже несколько раз был перепродан, и живущие там люди воспринять моё появление могли в лучшем случае с удивлением.

Однако за пределами моего второго мира оставались важные вещи, которые я так никогда и не видел. Мы жили в середине залива Хара. Слева (на западе) от нас была деревня Хара, дальше какой-то остров, а дальше берег становился полуостровом Юминда. Справа была пограничная застава, потом Локса с судоремонтным заводом, потом, совсем далеко, какие-то домики — Суурпеа, а за Суурпеа — Вийнисту. В существовании Вийнисту я был сначала не совсем уверен, так как его не было видно, и про него я знал только от мамы, но потом в Локсе я увидел автобус Таллин—Вийнисту, а заодно выяснил, что на самом деле он Вийнисту, а не Винисту, как все его произносили. Ещё были автобусы в Пяриспеа, я понимал, что это где-то в той же стороне, но не знал точно, где. (Я думал, что ещё дальше Вийнисту, а оказалось, что ближе, между Суурпеа и Вийнисту). Разобраться в этом было непросто, так как, хоть я и умел читать топографическую карту, никаких карт у меня а доступе до 1990-х годов не было, а был только путеводитель по Харьюскому району, со схемой, где из всех этих окрестностей была обозначена только Локса.

Так вот, это всё мне и хотелось увидеть. Даже если мой мир прекратил существование, эти его важные спутники должны были остаться. Пусть даже Локса — посёлок, а все остальные — мелкие деревни. На Юминду у нас времени не хватило, а всё остальное мы увидели. Проще всего попасть в Локсу, куда от болота Виру идёт хорошая асфальтированная дорога. Самое примечательное в ней здание — церковь. Это 1853 год, и она лютеранская, но на кладбище при ней есть довольно большой русский сектор. Это не очень удивительно — даже сеёчас больше половины населения тут русские, а раньше было ещё больше, за счёт пограничников, моряков, подводников, да и просто масса людей отсюда уехала. По кладбищу я ходил минут двадцать, но ничего знакомого не нашёл.

tloksa1st

Церковь святой Марии, Локса.


Локса — локальный центр цивилизации. По одной дороге, с юга, мы сюда приехали, другая уходит на запад вдоль берега моря в Хара, ещё одна, грейдер — на юго-восток, и что там, я не знаю. А севернее начинается полуостров Пярспеа, на котором расположена самая северная точка континентальной Эстонии. На полуостров уходит лорога, которая проходит через Касиспеа, Пяхкнееме, Вийнисту, Пяриспеа, Суурпеа и возвращается обратно в Локсу. Времени у нас было не безумно много, мы не стали везде останавливаться, и поехали сразу в Вийнисту. Это бывшая рыбацкая деревня, с молом и небольшой гаванью. Раньше тут был рыбзавод, видимо, в какой-то момент обанкротившийся Его выкупили и здания, в том числе две бочки для хранения рыбы, превратили в художественный музей. В одну из бочек мы сходили, благо было бесплатно — там была неплохая выставка.

viinistu1st

viinistu2st

Художественный музей Вийнисту.


Кроме того, около гавани сделали хорошее кафе, можно сидеть прямо на берегу.

viinistu3st

Гавань Вийнисту.


Земля на горизонте на фотографии выше — остров Мохни. Там есть деревня, не знаю, заброшенная или нет, с маяком. Как на остров попадают регулярным образом, я тоже не знаю. Это часть парка Лахемаа, как и всё вокруг (в том числе и Локса), хотя Вийнисту из парка почему-то вырезана. Вот как выглядит деревня Вийнисту чуть подальше от берега.

viinistu4st

Вийнисту.


А вот Пяриспеа.

wparispeast

Пяриспеа.


В пяти километрах на север от Пяриспеа и находится та самая северная точка континентальной Эстонии, и туда даже есть дорога, кроме последнего километра. Я хотел туда съездить, но дорогу мы не нашли — было несколько кандидатов, ни одного очевидного, все ещё в деревне превращались в грейдер, и, в конце концов, я решил, что надо ехать на юг. А жалко — в конце должны быть красивые пейзажи.

В Суурпеа дорога, наконец, выходит прямо к морю. Тут нет песчаного пляжа, одни валуны. Одну из фотографий я вынес на заглавную.

xsuurpea1st

Побережье моря в Суурпеа.


В Локсе мы ещё раз остановились, нам надо было в магазин за продуктами. Магазин я помнил. Вообще-то к нам в Лохья два раза в недель приезжала автолавка — фургон с продуктами, которые прямо из него и продавали, но вероятно, этого было мало, и мама ездила в Локсу. Пару раз она брала меня с собой. Напротив магазина автостанция — одна из немногих в Эстонии межвоенной постройки. Именно тут я и видел эти автобусы на Вийнисту и Пяриспеа (оба из Таллина). На Вийнисту пускали ЛАЗ, а на Пяриспеа какой-то старый Икарус, ещё до 250-го. На Хара ходил 250-й или 255-й. Я даже помню номер маршрута — 62, Таллин — Локса — Хара.

yloksast

Локса, автостанция.


Локса, Кюлаотса, Лохья. В Лохья было какое-то старое здание около остановки — сейчас нет, чтоит явно новое. Дальше какие-то дома, которые я не узнаю. По дороге даже знак гостиницы. Потом наш участок. Остановиться около него нельзя — негде и совершенно незачем. Но через двести метров будет хутор Лоука из трёх домов, там должен быть разворот, и можно оставить машину. Это всё ещё в моём мире, там я всё знаю. Эти двести метров я пешком прощёл, наверное, несколько сотен раз. В Лоуке разворот из-за того, что там под острысм углом уходит дорога в лес — по ней можно дойти ло озера Лохья. Мы с Иннокентием прошли туда метров пятьдесят — начинаются вырубки леса. Пока я там жил, никто никакой лес не вырубал. Мы развернулись, вернулись к шоссе, и дошли до участка.

zhara01st

zhara02st

zhara03st

Участок.


Тут всё изменилось до неузнаваемости. Дом новый, все строения новые. На участке что-то высажено. Возле дома было три больших дерева, два клёнв и каштан — остался только одлин клён. Деревья на гоанице участка тоже почти все куда-то делись, я узнал одно или два. Впрочем, ничего другого я и не ожидал.

Теперь самое главное — берег моря. Колючей проволоки, естественно, больше нет, а залив Хара никуда не делся. Раньше мы ходили к морю мимо лома соседки Эльми. Дом стоит, хоть и окружён забором, которого сорок лет назад не было. На дороге, ведущей к дому, стоит табличка — частное владение. Зато с шоссе к морю теперь можно пройти напрямую — раньше там были заросли ольхи, а теперь через них прорубили проход.

zhara04st

Залив Хара.


Берег всё такой же, валуны, песок и осока. Песка меньше, чем было, осоки больше.

zhara06st

zhara07st

zhara08st

zhara10st

Залив Хара.


И на берегу, среди сухих водорослей и осоки, я нашёл два больших камня, которые помнил с пяти лет. Справа круглый, слева — почти параллелепипед. Правый всегда был коричневым, левый должен быть из красного гранита — но, может быть, чтобы увидеть цвет, нужня другая погода.

zhara05st

Два камня.


Два камня, клён и берёза на краю участка — всё, что осталось от моего эстонского мира. На клён и берёзу я не рассчитывал, и очень рад, что нашёл два камня. А всё остальное — дом, каштан, хозяйка Магда, Икарус-255 маршрута 62, большая ольха и приросшая к ней сосна смешной формы на другой стороне дороги, высокие ели на краю участка — всё это осталось только внутри меня. Ну, может быть, немного внутри моих мамы, тёти и сестры. И Рейна, если он ещё жив.

Зато теперь я знаю, что было на восток от моего мира.

А дорога на запад должна была привести нас в Таллин — и я точно знал, что так можно, потому что один-единственный раз нас привезли туда не с востока, из Локсы, а с запада. Но мой навигатор этого не знал, и, как я ни пытался его убедить, что нам надо именно туда, сначала отправлял меня назад, а потом послел на грейдер, по которому я снова выехал назад в Еолгу. Ведь какая-то совсем небольшая часть моего мира может быть и на этой дороге, и я точно знаю, что она существует. Впрочем, карты уже давно всем доступны.

Tags: estonia
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments